Глава 14. Душа Новой Англии

Честно говоря, последние четыре дня моего пребывания в Соединенных Штатах я хотел провести в замечательном городе Нью-Йорке, который меня вполне удовлетворял и в котором оставалось столько неувиденного, но столь желанного. Однако был и вариант поехать на пару дней в Бостон. Я могу сказать, что, хоть я и являюсь болельщиком баскетбольной команды "Celtics" и слышал очень много хорошего о столице Новой Англии, перспектива провести половину оставшегося времени в Бостоне меня не совсем прельщала. И все же я, мысленно развернув перед собой карту США, смог бы отметить на ней лишь две точки: Нью-Йорк и Фэйрфилд Каунти, что меня явно не радовало. Поэтому вечером 9 сентября я сказал "Да" Бостону и заказал билеты на автобус на субботний дневной рейс.

За все время, проведенное в Штатах, я понял одну очень важную вещь: "Чем меньше ты возлагаешь надежд на что-либо, тем больше шансов испытать от этого истинное удовольствие." Поэтому по старой доброй традиции от этой поездки я не ожидал ничего. Будь, что будет.

Комфортнейший автобус до Бостона

Ехал я в Бостон, зная об этом городе совсем немного. Ожиданий особых не было. Я не строил маршрутов и не предвкушал то время, которое я смогу отлично здесь провести. Все получилось спонтанно и в лучших традициях жанра.

Бостон и Нью-Йорк разделяют всего 4 часа пути, но могу с уверенностью заявить, что их мало что объединяет. В дороге я пытался найти те нити, которые бы сплетали два города воедино, но волны моих мыслей разбивались о камни противоречий.

Первое (и последнее), что пришло в голову - бейсбол. В Нью-Йорке болеют за "Yankees", в Бостоне - за "Red Sox", причем эти два клуба являются извечными врагами. Если, скажем, дочь фаната "красных носков" будет встречаться с сыном фаната "янки", начнется война, похлеще, чем у Шекспира в достопамятном произведении...

...Накопленная за последние дни усталость дала о себе знать, и на том месте, когда я погрузился в думы, произошел сбой системы, приведший к глубокому сладкому сну. А проснулся я уже на станции Южный Бостон.

Самое интересное в путешествии - неизвестность и неизведанность, желание узнать что-то новое, прочувствовать на своей шкуре. Мое путешествие по американским Афинам началось с поисков Starbucks, ведь ничто так не помогает после сна настроиться на день, полный впечатлений, как 500 мл кофе. Тут все было не так просто, я совершенно не знал Бостон и не ведал, куда идти. Но ноги сами понесли меня вперед к цели.

Ворота бостонского Чайнатауна

Первое, что попалось на моем пути - Чайнатаун, а точнее ворота в него, такие массивные и необъятные. Войдя в них, я оказался в восточной сказке. Как и в Нью-Йорке, в китайском квартале Бостона в воздухе витает дух востока и китайской философии, чаще всего выраженный в запахе, исходящем от производственных отходов и нечистот. Местные жители, потомки Конфуция и Лао Цзы, не обращают на этот своебразный запах внимания и, как ни в чем не бывало, гуляют по Чайнатауну с довольными лицами. "Вот это сила воли и крепость духа" - подумалось мне. Однако, не являясь поклонником восточных нравоучений, я спешно ретировался в более близкие духу западные кварталы Бостона, до которых было рукой подать.

Из представительства Поднебесной в Новой Англии я попал в центральную часть Бостона. Моему взору открылись такие по-европейски милые узкие улочки, по которым водитель не будет ездить не из-за того, что транспортное средство может застрять между стен двух стоящих друг напротив друга домов, а просто потому, что по таким улицам гулять и смотреть по сторонам, пытаясь проникнуться непередаваемой атмосферой - величайшее из наслаждений.

Капитолий Массачусетс

Помню, как сейчас, одна из таких улочек вывела меня на площадь и я был ослеплен отражаемыми золотой громадой отблесками солнца. Прищурившись, я разглядел величественное здание, стоящее напротив парка. То был Капитолий Массачусетс, место культовое не только для штата, но и для всей Новой Англии. Я понял всю важность момента. Передо мной стояла не просто управа или префектура, а, как отметил Оливер Уэнделл Холмс в одном из своих трудов, "Центр Вселенной". Сделав несколько кадров этого шедевра мысли американских архитекторов XIX века, я достал из рюкзака бутылку воды, сделал глоток и отправился дальше.

Череда узких улиц сменилась пешеходными проспектами и авеню, которые пестрили вывесками кафе, бутиков и лавок. Витрины, в которых застыли манекены, манили и я не удержался. Первым (и предпоследним) моим трофеем из Бостона стала чемпионская футболка хоккейных Bruins, выигравших в этом году Кубок Стэнли. Продавец, чернокожий парень, завернул мою покупку в пакет и проводил меня со словами: "Если на TD Garden все болельщики будут носить такие майки, "мишки" (название команды, в переводе на русский) и через год будут обязаны выиграть этот кубок!" 

Мне пришлось приложить немало усилий, чтобы наконец-таки найти Starbucks. Моему счастью не было границ и я решил отметить эту маленькую победу чашкой любимого Bold Pick of the Day. Только я сел за столик и открыл нетбук для того, чтобы наметить следующий пункт назначения на моем пути, зазвонил телефон. Моя знакомая Катя освободилась после работы и готова была встретиться в районе Гарварда в течении получаса. 

Самобытный бостонский сабвей

Мне пришлось спешно допивать кофе и отправляться в метро. Бостонский сабвей, в который я спустился на одной из станций "красной ветки", сразу показался мне более чистым и уютным, чем нью-йоркский. Колорит местного метро подчеркивала система кондиционирования воздуха, в корне отличающаяся от виденных мною ранее и выраженная просто-напросто в вентиляторах, стоящих на станциях, и стилизованные под середину XX века метрокарты, называемые Чарли-тикетс. Единственным сходством бостонского с любым другим метро являлось то, что этот крайне популярный вид транспорта донес меня до нужной станции очень быстро. Выйдя из метро, с горем пополам я определил свое местоположение и встретил Катю, которая была рада показать мне территорию знаменитого Гарвардского университета. 

Ближе к вечеру мы отправились домой. Но попасть домой раньше заката было нам не суждено. Проезжая мост через Чарлз-ривер, было решено выйти и осмотреться, уж больно местность была красивая, да и Катя, как она сама призналась, не была здесь ни разу.

То самое фото

На свете есть много вещей, о которых можно сожалеть, но я ни за что не пожалею о тех двух с половиной долларах за Чарли-тикет, которые я потерял, решив выйти погулять по набережной Чарлз-ривер. К чудеснейшему виду на Бостон с моста в это вечер добавился живописнейший закат, который сделал этот вечер очень особенным. Я сделал около 250 снимков за 10 минут, из них отобрал примерно 5-7 удачных, но один запал мне в душу и до сих пор заставляет меня вспоминать тот вечер снова и снова.

Уже после всех эмоций от заката и панорамы города мы добрались до дома, чтобы набраться сил перед напряженным воскресеньем. Катя и ее подружка Тома проработали, а я прогулял весь день. Вечером мы встретились и отправились на концерт Empire of the Sun (отыгравших на 6 по пятибалльной шкале!), который стал отличным завершением недели.

А в понедельник тем же автобусом я поехал обратно в Нью-Йорк, чтобы собраться и подготовиться к самолету. 

Всю дорогу думал о том, что, как и в Нью-Йорке, оставил частичку себя в Бостоне. Однако в отличии от Большого Яблока, в Американские Афины вернулся бы на более продолжительный срок.

Я проснулся от голоса водителя. Автобус прибыл на 34-ую улицу, я достал багаж, вздохнул и потянулся. Впереди у меня была последняя ночь в США. Последняя ночь, чтобы собрать не только все свои вещи, но и мысли, посещавшие меня во время пребывания в этой стране.

Я подумал о том, что я сделал и чего сделать не успел. О том, в каких городах я побывал и через какие мой путь не лег. О том, с кем я успел познакомиться и сдружился за короткий срок. И уже у трапа самолета последней моей мыслью была: "Что бы ни случилось, как бы судьба мною и этим миром не распорядилась, я остаюсь доволен этой незабываемой поездкой и обещаю вернуться, чтобы снова открыть для себя эту замечательную страну".

La Fin

Глава 13. Lux et Veritas

Обремененный жуткою печалью и тоскою по родным и друзьям, я мог бы запросто впасть в депрессию и обрести зависимость к мороженному с кленовым сиропом и советским фильмам... если бы не сосед-индус Ивор, который сегодня с утра предложил мне поехать с ним и его женой в Нью-Хэвен.

А что, собственно, такое Нью-Хэвен? Наверняка, не каждый знает, что это второй в Коннектикуте и шестой в Новой Англии город по чиленности населения. Вряд ли кто-то слышал, что этот город основан в 1638 году. И лишь числу избранных известен тот факт, что первая телефонная книга в мире была выпущена именно в Нью-Хэвен. Но все это - лишняя, совершенно ненужная туристу и сугубо статистическая информация. Простому путешественнику для того, чтобы захотеть отправиться в этот город, вполне достаточно одного факта - на территории Нью-Хэвен располагается один из самых известных и престижных в мире университетов - Йель.

Та самая открытка

И вот в 11 часов утра я в роли "простого путешественника" отправляюсь со своими соседями в этот самый город-университет. Дорога от Стрэтфорда занимает около 30 минут, в течении которых ведем с Ивором беседу о Йеле. Он спрашивает, каким мне представляется Йельский университет и прилегающая к нему территория. Сразу в голову приходит старинная открытка середины 19 века, на которой на фоне Yale Law University стоят несколько джентельменов в узких брюках, рубашках с воротником-стойкой и в котелках. Озвучиваю мысль и вызываю у своего собеседника тем самым шквал смеха. Ивор поясняет мне, что в целом картина та же, только современные джентельмены сменили брюки на джинсы, а котелки - на бейсболки с прямым козырьком.

Около полудня наконец-таки находим бесплатное парковочное место на территории университета. С парковкой для автомобилей в Йеле ситуация еще хуже, чем в Нью-Йорке. Обеспеченные студенты вынуждены смириться с этим и сделать выбор в пользу пеших прогулок или приобретения велосипеда. Поэтому здесь воздух загрязнен минимально и дышится так легко. Кроме того, за счет равенства в способе передвижения создается невероятно дружественная и уютная атмосфера, какой мне не приходилось наблюдать нигде более.

Улицы Йеля могут вызвать когнитивный диссонанс

Осмотр достопримечательностей начинается cо Старого кампуса. В первые пять минут созерцания красот этой части университета у меня возникает чувство растерянности и недопонимания. Вроде по хайвею добрались сюда, и флаги кое-где американские висят, но не похож этот чудесный архитектурный комплекс на Америку. Европа - да, Великобритания - несомненно, но никак не США. Ивор поясняет мне, что Йель строился по образу и подобию Оксфорда и Кэмбриджа, поэтому часть архитектурных замыслов этот американский университет позаимствовал у своих английских "дедушек".

Территория Старого кампуса - большой парк внутри прямоугольника, образованного из дормитори (общежитий), часовен, учебных зданий и старейшего здания Йеля - Коннектикут Холл. Этот парк, без сомнения - излюбленное место студентов Йельского университета, которые под здешними вековыми дубами и кленами готовятся к занятиям, на идеально постриженном газоне устраивают пикники и у знаменитых Фелпс Гейтс назначают свидания. Говорят, что именно в парке Старого кампуса будущий президент США Билл Клинтон повстречал свою благоверную.

Кафедральный собор Библиотека Стерлинга

После живописного тихого парка следуем в Кросс кампус, главной достопримечательностью которого является библиотека Стерлинга (Sterling Memorial Library), в которой содержится около 4 миллионов томов, большая часть которых - оригиналы. Входя в библиотеку, понимаешь, что это именно храм знаний, так как убранство и атмосфера здесь совершенно не отличимы от католического кафедрального собора. А остальные 14 (!) уровней библиотеки Стерлинга, по большей части, напоминают монастырские галереи, заставленные рядами бесценных фолиантов. Да, на прочтение хотя бы сотой части всех этим томов уйдет вся жизнь...

Неподалеку от старинной библиотеки расположенна Библиотека редких книг и манускриптов Байнеке, построенная в 1960 году. Одним из ценнейших экспонатов в этой коллек является Библия Гутенберга, изданная в 1450 году. Библиотека Байнеке оснащенна современнейшими технологиями для поддержания состояния величайших книг. В конструкции здания предусмотрена защита от угрозы повреждения фонда даже в случае возможной ядерной войны! 

Закрытые пространства, за длительное время пребывания в них, несколько надоедают и поэтому отправляемся на прогулку по йельскому Бродуэй. В глаза бросается обилие разнообразных магазинов и заведений: от мексиканской закусочной-патио до лавки по продаже виниловых пластинок. Прохожие также отличаются друг от друга. В парнишке, неспешно бредущем и озирающемся по сторонам в поисках нужной улицы, легко узнается первокурсник, а в двух стройных девушках в коротких юбках и футболках с надписью Yale Tennis, живо обсуждающих последние новости US Open,- студентки старших курсов. 

"Декларация Независимости" Дж. Трамбулла

Покупаю магнит на память в Barnes & Noble и, попрощавшись со спутниками, направляюсь в Художественную Галерею Йеля. И опять, который раз за день, поражаюсь красотой и уникальностью как самого здания, так и коллекций Art Gallery. Здесь содержится огромное количество произведений искусства различных эпох и народов: от ассирийских каменных портретов царей до современных шедевров Поллока и Кифера. Внимание привлекают коллекция так мною любимых картин французских импрессионистов, выставка американских классиков "Pursuit of Happiness" и зал современного искусства. Но одна картина поражает больше всего - "Die Ungeborenen" Ансельма Кифера. Как раз на этом полотне, посвященном жертвам фашизма, неведомым мне образом полностью разряжается батарея фотоаппарата и мне приходится отложить камеру в сторону. А через некоторое время, вслед за батареей фотоаппарата, заканчиваются силы и у меня. Направляюсь в сторону станции...

...По пути следования поезда из Нью-Хэвена в Стрэтфорд пытаюсь проанализировать все произошедшее со мной сегодня, структурировать впечатления для дальнейшего их помещения в эту статью, а из головы не выходит одна большая и прочно осевшая там мысль: "Эх, как хочется провести в Йельском университете хотя бы год..."

P.S. А уже сегодня, во время написании поста, мне звонит моя знакомая из Йеля Николь и предлагает экскурсию по университету в среду. Думаете, я мог отказаться?...

Глава 12. MLB. Мы Любим Бейсбол

Для русского человека нет более непостижимого и загадочного явления, чем невероятная популярность американской бейсбольной лиги. Во-первых, вид спорта не самый зрелищный - не идет ни в какое сравнение с футболом или баскетболом. Ну а во-вторых, игры проводятся практически каждый день, что может либо порядком наскучить, либо серьезно сказаться на бюджете болельщика.

Но факт остается фактом: Высшая бейсбольная лига США или, по-просту, MLB является одной из самых популярных и прибыльных лиг современного спортивного мира.

Yankee Stadium - бейсбольный Колизей

В чем, собственно говоря, секрет MLB? Кто стоит за ее успехом? Как ее полюбить, будучи человеком далеким от бейсбола? На все эти вопросы я попытаюсь ответить за просмотром игры этой лиги в компании болельщика со стажем. Итак, приготовьте большой пакет арахиса, бутылку содовой, пару хотдогов и перчатку с надписью "Yankees #1". Мы отправляемся в Бронкс на Yankee Stadium!

Можете мне не завидовать, я отправляюсь на эту игру, лишь образно выражаясь, как и вы. Достать билеты на встречу Yankees, проводимую в выходной день - миссия невыполнимая, поэтому договариваюсь с моим хорошим знакомым Джимом, в прошлом - баскетболистом, любителем спорта во всего его проявлениях (прямо как мой отец!). К слову, историю знакомства с Джимом и его супругой вы можете найти в Главе 7.

Когда все готовы и всё готово, включаем нужный канал в нужное время и перед глазами появляется заставка Baltimore Orioles - New York Yankees. Играет гимн США, обязательный атрибут такого рода мероприятий, который заканчивается апплодисментами. После этого на табло шикарного 50-тысячника начинают появляться фото игроков Orioles. Во время объявления состава команды гостей на стадионе стоит тишина, нарушаемая лишь нелицеприятными выкриками, направленными в адрес Orioles. От этого никуда не деться даже в бейсболе. Моментом, когда весь стадион взрывается и в едином порыве начинает гудеть, становится появление на экране табло надписи "New York Yankees". Фамилию каждого игрока своей любимой команды публика произносит невероятно синхронно и настолько громко, что, сдается мне, этот "мегаголос" слышен далеко за пределами арены. 

Секрет успеха Дерека Джитера - его искренняя улыбка

Однако, на Yankee Stadium этим летом громче всех звучит фамилия Джитер. И неспроста, ведь второй номер Yankees Дерек Джитер - живая легенда клуба. Он достоин уважения хотя бы за то, что во время, когда многое решают деньги, Джитер остается верен одному клубу, за который провел все 16 лет своей профессиональной карьеры. Ну и к тому же, 9 июля этого года ему удалось добиться выдающегося результат в 3,000 ударов за карьеру, до чего далеки все остальные действующие игроки лиги. Сейчас Джитер является самым популярным бейсболистом и одним из самых больших народных любимцев среди спортсменов в США, за что лига ему весьма обязана в своей успешности и прибыльности.

После оглашения списка игроков начинается само действо. Бейсбол - вид спорта не торопливый и размеренный, поэтому начало матча зачастую скучновато. Так и происходит в нашем случае. Ждать первого очка приходится практически полчаса! После одной из подач Orioles Робертсон Кано не совсем удачно попадает битой по мячу, который низом заходит в поле. Тем не менее, простейший мяч прямо перед кэтчером Orioles рикошетит от земли и пролетает мимо него. В это время на домашную базу мчится Грандерсон, который невероятным образом успевает коснуться базы до того, как мяч возвращается на нее. Стадион взрывается апплодисментами. Yankees ведут 1-0. 

В начале встречи Yankees пришлось попотеть...

Все происходящее далее игроки, тренерский штаб и болельщики Orioles могли видеть лишь в страшном сне. Стараниями бьющих и бегущих команды хозяев оборона гостей трещит по швам. За 25 минут разрыв в счете достигает 10 очков! 

Оклематься от такого сумашедшего начала команда гостей смогла уже в 3 иннинге (из 9 в общем), что вроде бы неплохо для бейсбольного матча. Но не для этого точно, ведь первое очко Orioles набрали лишь при счете 0-15!

...чтобы по окончании увидеть исторический результат!

Удивительная игра бейсбол! Все события встречи Orioles - Yankees произошли в первых трех иннингах, а оставшиеся полтора часа игры прошли в размеренном темпе и без явного преимущества одной из двух команд. Хотелось бы сказать, что Yankees выиграли на классе, но при таком финальном счете - это просто небылица. Судите сами, Orioles проиграли 3-17...

А по ту сторону экрана Джим признался мне еще до игры в том, что он не фанат Yankees, что не помешало ему насладиться игрой. Я же остаюсь крайне доволен увиденным и начинаю понимать, почему бейсбол так популярен в США.

Ну а после игры, по иронии судьбы, раздается телефонный звонок от одного из моих менеджеров. "Роман, не хочешь на бейсбол сходить? В пятницу, в Бриджпорте. Наша гордость играет, Bluefish". Как вы понимаете, выбора у меня не было, и отказываться было бы глупо.

Они такие разные, но все же они вместе

А уже в пятницу я получаю первые впечатления от просмотра бейсбола на стадионе (кто разбирается в спорте, поймет меня, эмоции от TV и стадиона совершенно разные). В игре независимой лиги Bridgeport Bluefish, команда из соседнего города, побеждает Road Warriors (команду без определенного места жительства, т.е. постоянно меняющую домашнюю арену) со счетом 6-1. Уровень, конечно, совсем не тот, что у Yankees, но все равно очень приятно за хоумтим.

***

Никогда не был любителем спорта. Футбола - да, американского баскетбола - да, но не спорта в целом. А вчера иду домой из магазина и ловлю себя на мысли, что теперь в компанию к поддерживаемым мной ФК Сибирь, Swansea City и Boston Celtics добавятся NY Yankees и Bridgeport Bluefish. А бейсбол станет третьим видом спорта, к которому я не равнодушен. Кто бы мог подумать?...

Глава 11. Город, который спит

 В 1977 году Фрэнк Синатра написал для фильма "Нью-Йорк, Нью-Йорк" свою самую знаменитую композицию, которую сразу же разобрали на крылатые выражения. Но истинность одного выражения, которое известно абсолютно всем, долго не давала мне покоя. Специально для того, чтобы понять, правда это или лишь вымысел одного из популярнейших исполнителей XX века, я высыпался днем, готовил сэндвич с индейкой и в час ночи отправлялся на поиски истины. На самом ли деле Нью-Йорк - это "город, который никогда не спит"?

Мне довелось бывать будничной ночью в Сентрал Парк. Этот город наблюдал за влюбленными парами, прохаживающимися по парку и сидящими на лавочках, и давал влюбленным редкую тишину большого города, шелест листьев на ветру, грациозных лебедей на пруду и саксофонистов, играющих самые романтичные мелодии на свете. Как вы понимаете, Нью-Йорк был очень занят и времени для сна совсем не было.

Я видел Нью-Йорк в пятницу ночью. В лице горожан он гулял, шумел, напивался, танцевал, погружался во все музыкальные направления одновременно, ехал пьяный домой в трэйне в 3-20, пропускал свою остановку и где-то в Астории ждал трэйна, который довезет его до Джексон Хайтс. Что бы ни делал Нью-Йорк этой ночью, он точно не спал.

Субботней ночью Нью-Йорк отдыхал в кругу семьи и друзей. Вселившись в горожан, он сидел на газоне Брайант Парк, сложив ноги крест-накрест, говорил на ста мировых языках, смеялся во весь голос и поглощал капкейки, яблоки и бэйглы в компании самых близких людей.

Ранее неизведанной для меня оставалась воскресная ночь. Время, отделяющее прошедшую неделю от наступающей. Насколько активен Нью-Йорк в эти несколько часов? Чем он занят?

Ответы на эти вопросы я получил, отправившись на прогулку по уже ставшему мне любимым в Нью-Йорке месту - парку под Бруклинским мостом.

Хотя мой путь начался в Тремонте, где я спустился в сабвей и дожидался А-трэйна до Бруклина. Кроме себя самого на всей станции я заметил только одного спящего на лавке парня, которому по всей видимости, было со мной не по пути. На часах было около часа.

К слову, трэйна я дожидался около получаса. Такая частота была вполне обоснована - за огромное количество остановок от 175-ой до Хай Стрит в вагон, в котором разметился я, вошли только два человека. И, не успев войти, оба заняли места и заснули. У меня появились первые основания считать слова из песни Синатры ошибочными.

Я вышел из подземки. Как всегда на выходе меня встретил Мемориал памяти бруклинцев-жертв Второй мировой. Но все было по-другому. Все то же самое, но совершенно другое и непривычное. Как-то одиноко, но в то же время комфортно и приятно. Все это я испытал из-за того, что я был один во всем парке, чего я не мог даже представить, приходя сюда будничными или субботними ночами.

Не нарушая традиции, я отправился на причал водного такси. Прибыв на место, я простоял, наверное, минут двадцать, наблюдая Манхэттен с пирса. И хотя время было позднее, за двадцать минут на пирсе не появилось ни единой души, ни единого туриста с фотоаппаратом, ни единого собачника со своим питомцем на поводке, ни единой парочки, идущей за ручку. Так тихо и умиротворенно. Слышался лишь шум ветра да ход наручных часов.

Часам к трем меня добил голод и я потянулся в рюкзак за сэндвичем. Вспомнив, что я поспешно собирался и оставил свой бутерброд дома, решил зайти в любимую лавочку. К моему удивлению, оба хозяина заведения, продавец и его кот, дремали, тихонько похрапывая. 

Вернувшись на пирс с двумя сэндвичами из португальского хлеба, я присел на лавочку перекусить. Что-то яркое показалось за небоскребами. Рассветало.

Как только солнце пробилось сквозь кромешную тьму ночи, отовсюду поползли зевающие и недовольные клерки в пиджаках, с саквояжами и кофе в руках. 

Пришло время ехать домой. Рубил сон и хотелось есть, но меня больше не волновал тот вопрос. Нет, у меня не пропал интерес, просто я знал ответ. 

Фрэнк, этот город спит. Один раз в неделю, но спит. И если на эту ночь не выпадает Рождество, то, могу с уверенностью сказать, в лице всех своих обитателей по воскресеньям Нью-Йорк спит. 

Спит для того, чтобы после этого работать, гулять, любить и делать еще очень много разных вещей шесть суток подряд.

Глава 10. It will never be the same

Семь часов вечера. Подъезжаю к Нью-Йорку.

Опаздываю. Она ждет где-то в районе Таймс-сквер.

Оказавшись на месте, с трудом нахожу ее в безумной толпе. От шума раскалывается голова и ощущаю себя не в свой тарелке.

Позже. Бруклин. Но уже не такой как раньше. Другой Бруклин. С ней.

Приятно сидеть на лавке с видом на ночной Манхэттен. Невероятно за беседой с ней не замечать часов.

Ночь. Юг острова Манхэттен.

Ждем паром до Стэйтен Айленд. Почему именно до Стэйтен Айленд? Неважно.

Паром прибывает и в компании празднующих гуляк плывем на юг.

Волны, пара влюбленных друг в друга девушек напротив, Статуя Свободы. Кофе в ее руке. Свежий ветер и снова волны.

То ли пять, то ли четыре часа утра. Стэйтен Айленд.

На улице между лавками, окупированными спящими бездомными, стоит рояль. Жаль, что не помню ни одной мелодии.

Встречаем рассвет на обратном пароме до Манхэттена. Статуя Свободы проснулась и зевает. Чудесно.

Утро. Сон в вагоне в сабвее.

Невероятная ночь продолжается прогулкой по бруклинскому ботаническому саду.

Улыбаюсь, когда она говорит, что видит бурундука впервые в жизни. Она тоже улыбается.

Дождь. Ливень. А зонт – только у нее. В итоге промокаем оба.

После – ужин дома в Jackson Heights. Разварившаяся паста, салат, черри, калифорнийское мерло. Немного жаль.

Жаль уходящие выходные. Жаль расставаться. Жаль, что это не повторится никогда. 

  

Глава 9. Одно воскресное утро

 "Step by step as we make our way, everyday through Brooklyn…"

Idle Warship "Go Brooklyn" 

В четыре утра John Legend и The Roots, которые исправно будят меня в рабочие дни, вхолостую отыграли "The Fire". Я проснулся в 5-10. 

Взглянув на часы, мигом помылся, почистил зубы и разбудил Рикардо. Уже собирался бежать до сабвея, но Рико сказал, что ему нужно переставить машину на платную парковку, иначе ее эвакуируют. Поэтому я добрался до нужного мне транспорта за пару минут.

Так тихо здесь только воскресным утром

Попрощавшись с Рикардо, я спустился в подземку и на станции Roosevelt Avenue в компании двух сонных работяг из Куинса дожидался свой трэйн.

Нью-йоркская транспортная система, а в особенности сабвей, требует тщательного изучения перед использованием. Иначе человеку не составит труда перепутать ветку, номер трэйна, направление, идет трэйн экспрессом или совершает остановки. Сабвей в Нью-Йорке настолько запутан, что даже местные жители нередко попадают вместо одной станции на другую. Ну а для туриста приехать вместо Port Authority на 42ой на станцию Grand Central - это святое. Хоть и система транспорта сложна, существуют информационные стенды с картой сабвея и подсказками практически на каждой станции. К тому же, все пересадки и переходы на другой уровень сабвея обойдутся вам в $0. Приятно, не правда ли?

Утро в Downtown

Тем воскресным утром я сел в трэйн E, который шел до нужной мне 4ой улицы на Манхэттене. В вагоне было достаточно людно, несмотря на ранний час. Кажется, этот город никогда не оставит тебя в одиночестве, когда и где бы ты ни был. 

Девушки с привлекательной внешностью, пользующиеся услугами нью-йоркского метро, пожалуйста, никогда не занимайте место в вагоне под картой! Поступая таким образом, около вас даже в пустом вагоне всегда будут толпиться туристы, соответственно, вы лишаете себя возможности посторить глазки сидящему напротив молодому человеку и получить в ответ улыбку, подмигивание и, возможно, нечто большее.

Кто со мной знаком, тот наверняка знает, что я человек непредсказуемый. В это воскресное утро мои непредсказуемость и спонтанность принятия решений предопределили развитие событий и общее настроение на день. 

На 4ой я пересел на трэйн А и вышел на Fulton Street. Я мог бы напрямую доехать до Бруклина, но почему-то решил выйти в южной оконечности Манхэттена - Downtown. О своем выборе я не пожалел.

Да, в общем-то, я думаю и вы бы не пожалели. Разве можно пожалеть о том, что завтракал в китайской закусочной в Чайнатаун, гулял по манхэттенскому мосту и наблюдал за восходом солнца с 17ого Пирса? Но обо всем по порядку.

 

Сначала я побывал в Financial District, который безусловно неописуемо красив, но не оставляет никакого впечатления без толп деловых граждан в пиджаках и с приросшими к их ушам гарнитурами, снующих здесь в будние дни.

Знаменитый Пирс - 17

После этого я заглянул на Пирс - 17. Здесь мне довелось понаблюдать за тем, как воскресное солнце завершает свое восхождение на трон. Фоном этой ежедневной церемонии стали бруклинский мост, сам Бруклин и еле различимая Статуя Свободы.

Мысленно восхитившись тем, что мне удалось созерцать, я отправился искать вход на пешеходную часть манхэттенского моста. Попасть туда проще всего было через Чайнатаун. К тому же, у меня разыгрался аппетит и я вспомнил совет моего менеджера Брайана, который говорил о том, что ничего вкуснее китайской пищи нет.

Вид на Чайнатаун с моста

Однако, нечистоты и запахи, встречавшие путников в китайском районе, чуть было не заставили меня покинуть этот уголок восточной цивилизации и отправиться в поисках более приятного места. Но голод, как известно,- не тетка. Да и я не волк, меня ноги не кормят. Поэтому решил позавтракать в первом попавшемся месте. Этим местом стала совершенно невзрачная закусочная, зайдя в которую я обнаружил спящего кассира. Заглянув в меню, я даже не стал выбирать себе блюдо (абсолютно весь ассортимент был указан лишь на китайском языке), а просто обратился к пробуждавшемуся кассиру со словами: "Лапша с курицой или говядиной есть?". Тот переспросил. Видимо по-английски здесь говорят редко. Пришлось повторить очень медленно. Тот улыбнулся и выпалил: "Аааа! Сян вэо минь?" (или что-то в этом духе, я не силен в китайском). Я, конечно же, ничего не понял и хотел уже распрощаться с идеей покушать в Чайнатаун, но мой пустой желудок ответил за меня.

Мне принесли коробку с (вы не поверите!) лапшой и каким-то непонятным наполнителем. Похоже, это было мясо. Не хотелось доверять свою жизнь случаю, но выбора не было и следовало что-нибудь съесть.

И все же, зря я боялся, блюдо, за которое я впоследствии отдал $3.50, оказалось вполне питательным и вкусным. В чем я ошибся, так это во втором ингридиенте. Внутри было не мясо. Внутри были обжаренные мелкие креветки.

Бруклинский мост

После знакомства с китайской кухней я отправился на прогулку по манхэттенскому мосту. На самом деле он оказался не таким длинным, каким казался. Но виды с него были такими же замечательными, как и на фото в глянцевых журналах.

В Бруклине я хотел посетить огромное количество мест, но этим планам не суждено было реализоваться. Я не озаботился покупкой карты Бруклина, а та, что была в путеводителе, недостаточно отображала все район, кроме Манхэттена. Поэтому я отправился куда глаза глядят. 

Карта района DUMBO

И мое зрение меня не подвело. Я попал в очень благоустроенный и приятный район DUMBO, который находится прямо под двумя мостами, соединяющими Бруклин и Манхэттен. Найдя свое место на лавочке в углоке природы в этих каменных джунглях, я просто сидел, дышал свежайшим воздухом и наслаждался видом на Манхэттен. Простите меня, но здесь слов недостаточно, такое невозможно описать словами.

Так полюбившийся мне парк

Отдохнув  в этом чудесном парке от долгой прогулки, я решил отобедать и ехать обратно в Стрэтфорд. По пути мне попался отличный магазин, в котором я купил холодного чая, так популярного здесь в США, и упаковку фруктового микса (манго, киви, банан, арбуз, выиноград). Питания требовал не только мой организм, но и нетбук. Я снова пошел в Starbucks, где провел пару часов.    

Насытившись, я и мой нетбук поехали домой. Уже покупая билеты на вокзале Гранд Сентрал, я подумал, за что все же люди любят этот город. И пришел к выводу.

Уродливый и прекрасный. Вылизанный до блеска и грязный. Далекий и такой близкий. Противоречивый. Разный. За это и любят Нью-Йорк.

И я уехал домой с мыслями о скором возвращении. Этим мыслям суждено было сбыться в скором времени...

Глава 8. Здравствуй, Нью-Йорк!

 Нужно научиться любить его таким, какой он есть. 

Непредсказуемый, непостоянный, всегда разный. 

"Нью-Йорк, я люблю тебя!"

После трудовой пятидневки решил сменить обстановку и выбраться в город, который никогда не спит. В город, который говорит на всех языках мира. В столицу мировой экономики, моды и, конечно же, моих любимых cream cheese бейглов. Наверняка вы уже догадались, что мой путь лежал в Нью-Йорк.

Мой обед в Нью-Йорке

Закончив все свои субботние дела (от прачечной до оплаты комнаты), примерно около полудня я отправился на поезде из Стрэтфорда до нью-йоркского вокзала Гранд Сентрал. Спустя полтора часа я мог наблюдать в окошко знаменитый на весь мир неблагополучный район Нью-Йорка Гарлем.        

Подъезжая к Гранд Сентрал, я выключил плеер и убрал наушники в карман. И дело не в том, что  текущий плейлист наскучил. Я собирался слушать город.

И у меня были основания полагать, что я услышу что-то. Ведь с чем в Нью-Йорке нет проблем, так это с музыкальным сопровождением. Такое ощущение, что саксофонисты, уличные музыканты и прочие деятели нотного стана и скрипичного ключа являются пульсом города. А, соответстенно, этот город и секунды не может прожить без сыгранной мелодии, ритма или песни. Ну а уик-энд – это идеальное время для разного рода концертов.

Памятник Колумбу

Но кроме музыки у меня были две первоочередные цели: встретиться с Сашей и ее сожительницами в Сентрал Парк и посмотреть футбольный матч США – Мексика в компании перуанцев и пуэрто-риканцев.

К первой цели мне удалось прийти с трудом. Цель, а точнее, Саша, сидевшая на лавочке в Коламбус Сёркл, была недосягаема из-за того, что попав в Нью-Йорке впервые (для меня, по-хорошему, это был первый раз), сложно сориентироваться по улицам и названиям. Но все же, путем логических рассуждений и работы с картой Манхэттена, я нашел нужное место за 20 минут, хотя мог бы это сделать за 5.

А дальше был небольшой пикник в Сентрал парк, ароматы которого, однако, не располагают к появлению аппетита. Всему виной лошадки. Ну вы поняли. В итоге, Сентрал парк меня не особенно впечатлил, разве что огромной территорией и количеством посетителей (как никак, самый посещаемый парк в США!).

Пришел на пикник? Сними обувь!

Откушав явств, все отправились кто куда. Девушки, само собой, в магазин, а я – в Куинс, в более знакомый мне район Джэксон Хайтс.

По традиции, время ожидания я проводил в Starbucks, который стал для меня путеводной звездой и отличным средством связи в незнакомой стране.

Когда Рико и его «ватос» приехали, половина испаноязычной компании отправилась за пивом и снэками, а остальные (в том числе и я) – готовить аппартаменты к футбольному празднику. Когда все было готово, я несколько отличался от парней, разодетых в зеленые цвета мексиканской сборной. Но нормальному общению в процессе просмотра футбольного матча это не помешало.

Обычный такой парк. Только ОЧЕНЬ большой

Мексика выиграла 4-2, проигрывая по ходу игры 0-2. Мексиканцы заслужили эту победу, амигос радовались, а пиво мне не пришлось по духу. Видимо, все-таки это не мой напиток.

Перед сном мне в голову пришла мысль погулять по Бруклину воскресным утром. Завел будильник на 4 утра и моментально уснул. Меня ждал интереснейший день.

Но о нем расскажу в следующий раз. Постараюсь до послезавтра!

Глава 7. Стрип лоин "Канзас Сити стайл"

 Канзас Сити шаффл - это когда все смотрят направо, а ты идешь налево...

""Счастливое число Слевина  "

 

Эта неделя была очень напряженной. Работы было много. Нет, не так. Работы было очень много. Все пять дней держался в тонусе, отдыхая только во сне. Тем не менее, оно того стоило. Суббота выпала из общей череды несколько однообразных дней. Но об этом - позже.

Как всегда мы изрядно накатались по штату. Был в Норуолке, Фэйрфилде и Нью-Кэнане. Последние два города на этой неделе идут в папку "Поработал и забыл", а вот в Норуолк мне суждено было вернуться.

Реклама, такая реклама

Все дело в том, что в среду мы работали с пожилой супружеской парой, которая переезжала из Нью-Хэйвена (город, в котором базируется Йельский университет) в более спокойный Норуолк. Закончив все дела с домашней утварью и мебелью, я предложил заказчику, которого зовут Джим Краузе, помощь в подключении и настройке оргтехники, ТВ и стереосистемы. Мистер Краузе согласился и назначил время на субботу. В пятницу после работы я просмотрел нужную информацию по технике, с которой мне предстояло работать.

Проблемой стало то, что Норуолк находится в двух часах езды от Стрэтфорда. Я не нашел прямого автобуса до дома Краузе и поэтому пришлось после полутора часов хода на транспортном средстве потратить еще час на достижение пункта назначения пешком.

По дороге в глаза бросилось то, насколько креативна реклама в США. Даже серьезные темы могут обыграть так, что диву даешься.

Меррили Краузе и сами-знаете-кто

Ровно в 14-30, как и договаривались, я стоял напротив двери дома мистера и миссис Краузе. Выпив клюквенного морса, предложенного мне миссис Краузе, я приступил к работе. Пока настраивал всю технику, разговаривал с Меррили (она же миссис Краузе) обо всем на свете. Хозяйка рассказала мне о том, что родилась в Париже и на половину француженка, преподавала французский и историю в американской школе, болеет за Селтикс и Янкис и хочет побывать в России. Узнав, что я знаю пару слов по-французски, сразу же перешла на язык своей матери, что было для меня достаточно интересно - попрактиковаться в знании французского с носителем языка.

Джим в это время смотрел гольф и на весь дом восторгался тем, как здорово выступает на US-Open 22-летний парень из Северной Ирландии. Когда очередь дошла до компьютера, мне удалось пообщаться с главой семества. Основной темой стал, конечно же, спорт. Джим, будучи студентом, играл в баскетбольной команде университета Нотр-Дэм штат Индиана. Вспомнили и посмеялись над тем, как однажды американская хоккейная команда обыграла советскую, а наши ответили в знаменитом баскетбольном матче на Олимпиаде и вырвали победу у родоначальников этого вида спорта, проигрывая за 2 секунды до конца встречи.

Побережье Хьюсатоник

За работу, на которую я потратил часа 3-4, я получил несколько Джексонов и остался вполне доволен этим. Однако, когда я уже обувался, Джим предложил мне подвезти меня до дома. Время для здешних автобусов было позднее,  и невозможно было отказаться от этого предложения. Ну и мы не закончили беседу, а Меррили было интересно узнать побольше о культуре и образовании в России. Поэтому супруги поехали отвозить меня домой вдвоем.

Потратив полчаса на дорогу от Норуолка до Стрэтфорда, Джим уже собирался разворачиваться в обратную сторону и высаживать меня, как увидел ресторан на побережье Хьюсатоник-ривер. Он взглянул на часы и сказал, что время ужинать и что отказов он не принимает. Подходя к ресторану, Меррили спросила меня, люблю ли я стейки. Вы знаете, что я ответил? Полагаю, знаете :)

Так вот, в эту субботу я впервые за время пребывания в США получил колоссальное удовольствие от приема пищи. Изысканный стрип лоин из канзасского бычка был чудесен, а "Цезарь", который был подан к стеку был невообразимо свеж и органично вплетался во вкусовую гамму прожаренного до степени medium rare мяса. Яблочный сок и приятная компания супругов Краузе стали незаменимой составляющей этого ужина, который надолго останется в моей памяти.

Ратуша в ночи

А после приема пищи мы попрощались, обменялись контактами и я пообещал навестить супругов этим летом и приготовить им настоящий славянский борщ.

Шел домой, все же, пешком. Красиво тут ночью. Ратуша освещена прожекторами, луна отражается в реке Хьюсатоник, а из кустов доносятся трели сверчков.

Неделя получилась насыщенной и интересной. Ее завершает сегодняшний день - не официальный, но национальный праздник США - День Отца. Не забудьте поздравить своих пап и дедушек!

P.S. Воспользуюсь моментом. Поздравляю тебя с твоим профессиональным праздником, Папа! Специальный презент увидишь в сентябре :)